> > > >

 
04.11.2005, 18:19   #
Инкогнито
 
 
Регистрация: 19.05.2005
Сообщений: 10
По умолчанию Архив


Просмотр полной версии : мой любимый Дмитрий Быков


AntiPoet
16.04.2007, 11:43
Выложу немного произведений одного из любых своих поэтов-современников. Возможно это кого-то заинтерессует.
*
Все эти мальчики, подпольщики и снобы,
Эстеты, умники, пижончики, щенки,
Их клубы тайные, трущобы и хрущобы,
Ночные сборища, подвалы, чердаки,
Все эти девочки, намазанные густо,
Авангардисточки, курящие взасос,
Все эти рыцари искусства для искусства,
Как бы в полете всю дорогу под откос,
Все эти рокеры, фанаты Кастанеды,
Жрецы Кортасара, курящие "Житан",
Все эти буки, что почитывали Веды,
И "Вехи" ветхие, и "Чайку Джонатан",
Все доморощенные Моррисоны эти,
Самосжигатели, богема, колдуны,
Томимы грезами об Индии, Тибете
И консультациями с фазами Луны,
Все эти вызовы устоям, пусть и шатким,
Все смертолюбие и к ближнему вражда,
Все их соития по лестничным площадкам,
Все их бездомие и лживая нужда,
Все эти мальчики, все девочки, все детство,
Бродяги, бездари, немытики, врали,
Что свинство крайнее и крайнее эстетство
Одной косичкою законно заплели,
Все эти скептики, бомжи-релятивисты,
Стилисты рубища, гурманчики гнилья,
С кем рядом правильны, бледны и неказисты
Казались прочие - такие, как хоть я, -
И где теперь они? В какой теперь богине
Искать пытаются изъянов и прорех?
Иные замужем, иные на чужбине,
Иные вымерли - они честнее всех.
Одни состарились, вотще перебродили,
Минуя молодость, шагнув в убогий быт,
Другие - пленники семейственных идиллий,
Где Гессе выброшен и Борхес позабыт.
Их соблазнители, о коих здесь не пишем,
В элиту вылезли под хруст чужих костей
И моду делают, диктуя нуворишам,
Как нужно выглядеть и чем кормить гостей.
Где эти мальчики и девочки? Не слышно.
Их ночь волшебная сменилась скукой дня,
И ничегошеньки, о Господи, не вышло
Из них, презрительно глядевших на меня.
Се участь всякого поклонника распада,
Кто верит сумраку, кому противен свет,
Кому ни прочности, ни ясности не надо, -
И что, ты рад, скажи? Ты рад, скажи? О нет,
Да нет же, Господи! Хотя с какою злобой
На них я пялился, подспудно к ним влеком, -
И то, в чем виделся когда-то путь особый,
Сегодня кончилось банальным тупиком!
Ну что же, радуйся! Ты прав с твоею честной,
Серьезной службою, - со всем, на чем стоял.
А все же верилось, что некий неизвестный
Им выход виделся, какой-то смысл сиял!
Ан нету выхода. Ни в той судьбе, ни в этой.
Накрылась истина, в провал уводит нить.
Грешно завидовать бездомной и отпетой
Их доле сумрачной, грешней над ней трунить.
Где эти мальчики, где девочки? Ни рядом
Ни в отдалении. А все же и сейчас
Они, мне кажется, меня буравят взглядом,
Теперь с надеждою: хоть ты скажи за нас!
С них спроса нет уже. В холодном мире новом
Царит безвременье, молчит осенний свет,
А ты, измученный, лицом к лицу со словом
Один останешься за всех держать ответ.
*
---------
*
АВГУСТОВСКАЯ БАЛЛАДА
*
Вижу комнату твою - раз, должно быть, в сотый.
По притихшему жилью бродит морок сонный.
Свечка капает тепло, ни о чем не зная,
Да стучится о стекло бабочка ночная.
Тускло зеркальце твое. Сумрак лиловатый.
Переложено белье крымскою лавандой.
Липы черные в окне стынут, как на страже.
Акварели на стене - зимние пейзажи.
Да в блестящей, как змея, черной рамке узкой -
Фотография моя с надписью французской.
*
Помнишь, помнишь, в этот час, в сумерках осенних,
Я шептал тебе не раз, стоя на коленях:
"Что за дело всем чужим? - меньше, чем прохожим!
Полно, хватит, убежим, больше так не сможем,
Слово молви, знак подай - нынче ли, когда ли,-
Улетим в такую даль - только и видали!
*
Шум колесный, конский бег - вот и укатили.
Вот и первый наш ночлег где-нибудь в трактире.
Ты войдешь - и все замрут, все поставят кружки:
Так лежал бы изумруд на гранитной крошке.
Кто-то голову пригнет, в ком-то кровь забродит,
А хозяин подмигнет и наверх проводит:
- Вот и комната для вас; не подать ли чаю?
- Полно, поздно, не сейчас; после...
- Понимаю.
*
- Что за узкая кровать, - крикнешь ты в испуге, -
На которой можно спать только друг на друге?!
А наутро - луч в окне сквозь косые ставни,
Ничего не скажешь мне, да и я не стану,
И, не зная ни о чем, ни о чем не помня,
Улыбаясь, вновь уснем - в этот раз до полдня.
*
Мы уедем вечерком, вслед глядит хозяин,
Машет клетчатым платком, после трет глаза им,
Только тронемся из глаз - выпьет два стакана,
Промечтает битый час, улыбаясь пьяно...
*
Ах, дорога вдоль межи в зное полуденном!
В небе легкие стрижи, воздух полон звоном,
Воздух зыблется, дрожит, воздух полон зноя,
Путь неведомый лежит, а куда - не знаю.
Сколько верст, да сколько дней, временных пристанищ...
Не пытай судьбы своей! Да ведь ты не станешь".
*
...Слезы, очи к небесам, шепот до рассвета...
Ты-то знала: я и сам не поверю в это.
Ты не стала отвечать. Комната качалась.
Говорил, чтоб не кричать, да не получалось.
Ночь в окне, глухая мгла, пустота провала...
Встала. Пряди отвела. В лоб поцеловала.
*
...Август, август. Поздний час. Месяц в желтом блеске.
Путь скрывается из глаз. Путь лежит неблизкий.
Еду полем. До утра путь лежит полого.
Дым пастушьего костра стелется по лугу.
*
Август, август. Дым костра. Поздняя дорога.
Невеселая пора странного итога:
Все сливается в одно, тонет, как в метели,
Только помнится - окно, липы, акварели,
Как пытался губы сжать, а они дрожали,
Как хотели убежать, да не убежали,
Холод сердца моего в предрассветной стыни,
Словно больше ничего не было в помине,
Словно сделались пусты дни с того рассвета,-
Только помнится, что ты да прощанье это!
*
Век, и век, и Лев Камбек! Взмахи конской гривы.
Скоро, скоро ляжет снег на пустые нивы,
Ляжет осыпью, пластом,- на лугу, в овраге,-
Ветки на небе пустом - тушью на бумаге,-
Остановит воды рек - медленно и строго...
Век, и век, и Лев Камбек! Поздняя дорога.
*
Август, август! Дым костра! Поздняя дорога!
Девочка моя, сестра, птица, недотрога,
Что же это всякий раз на земле выходит,
Что сначала сводит нас, а потом изводит,
Что ни света, ни следа, ни вестей внезапных -
Только черная вода да осенний запах?
Ледяные вечера. Осень у порога.
Август, август. Дым костра. Поздняя дорога.
*
Жизнь моя, не слушай их! Господи, куда там!
Я умру у ног твоих в час перед закатом -
*
У того ли шалаша, у того предела,
Где не думает душа, как оставит тело.
*
--------------
*
...Жить с этой женщиной нельзя! Помилуй Боже, -
Чего ей хочется - не ведает сама,
Поглощена собой, если нами тоже, -
То лишь как слугами, сошедшими с ума.
Как отраженьями. Тенями. Как декором
Для собственной судьбы, - иного не проси, -
Чтоб было на кого глядеть с немым укором,
И мучить ревностью, и разъезжать в такси.
О, пальцы тонкие, и беззащитность шеи,
И ложь безмерная, когда нельзя честней
Глядит в глаза тебе! И что всего страшнее -
Она несчастна впрямь, и всяк несчастен с ней.
"Жизнь прожита, конец!" Какой нездешней муки
Печать в изломе рта и в жилке голубой,
Когда в отчаянье она роняет руки -
И даже в этот миг любуется собой!
О, мелочный расчет, всечасный и подспудный,
Чередование расчисленных затей -
Задора шалого, печали безрассудной,
Покорности немой - что хочешь делай с ней!
Что хочешь делай с ней! Бери ее такую -
Прикрытые глаза, полуоткрытый рот, -
Когда, умолкнув вдруг, сдается поцелую,
Закинет голову - и даже этим врет!
И вытряхнуть за дверь, и проклинать безбожно,
И все равно всем злом, всей низостью любя -
Жить с этой женщиной нельзя. Погибнуть - можно;
Не с ней, а за нее. Как разлюбить тебя?
Как разлюбить тебя, о жизнь? Каких обманов,
Бессмысленных надежд, растоптанных сердец,
Бесплодных вымыслов, безвыходных романов, -
Каких твоих финтов нам хватит наконец?!
Когда нас вынесет к последнему убытку,
Чем нам отплатится за каждый твой отказ,
За пытку всякую, за всякую попытку?
Признайся наконец: ты не любила нас.
Как разлюбить тебя, о жизнь? Какого слова
Мы ждем волшебного, не веря всем простым?
Нам оттепель соврет, Борей надует снова,
И ты изменишь нам, и мы тебя простим.
Да ведь и то сказать - что вспомнишь, умирая?
Что нам останется? - дешевое кино:
Скандал, пощечина, мольба, - другого рая
И страсти подлинней нам не было дано,
Когда, низведены ничтожеством до свиты,
Надеясь ни на что, в томлении пустом,
Пьяны, унижены, растоптаны, разбиты,
Мы были так собой, как никогда потом.
На снежной улице, в автобусном кагале,
Кусая кулаки, поднявши воротник, -
Какие, гадине, мы ей стихи слагали!
А что хорошего на свете, кроме них?
----------

Bagira Individual
12.05.2007, 13:53
Счастья не будет.

Музыка, складывай ноты, захлопывай папку,
Прячь свою скрипку, в прихожей разыскивай шляпку.
Ветер по лужам бежит и апрельскую крутит
Пыль по асфальту подсохшему. Счастья не будет.

Счастья не будет. Винить никого не пристало:
Влажная глина застыла и формою стала,
Стебель твердеет, стволом становясь лучевидным -
Нам ли с тобой ужасаться вещам очевидным?

Будет тревожно, восторженно, сладко, свободно,
Будет томительно, радостно - все, что угодно,-
Счастья не будет. Оставь ожиданья подросткам,
Нынешний возраст подобен гаданию с воском:

Жаркий, в воде застывает, и плачет гадалка.
Миг между жизнью и смертью - умрешь, и не жалко -
Больше не будет единственным нашим соблазном.
Сделался разум стоглазым. Беда несогласным:

Будут метаться, за грань порываться без толку...
Жизнь наша будет подглядывать в каждую щелку.
Воск затвердел, не давая прямого ответа.
Счастья не будет. Да, может, и к лучшему это.

Вольному воля. Один предается восторгам
Эроса. Кто-то политикой, кто-то Востоком
Тщится заполнить пустоты. Никто не осудит.
Мы-то с тобой уже знаем, что счастья не будет.

Век наш вошел в колею, равнодушный к расчетам.
Мы-то не станем просить послаблений, а что там
Бьется, трепещет, не зная, не видя предела, -
Страх ли, надежда ли - наше интимное дело.

Щебень щебечет, и чавкает грязь под стопою.
Чет или нечет - не нам обижаться с тобою.
Желтый трамвай дребезжанием улицу будит.
Пахнет весной, мое солнышко. Счастья не будет.

dolor-ante-lucem
20.06.2007, 08:32
Как-то спокойно я вышел из ада,
Ужас распада легко перенёс.
Только теперь заболело как надо.
Так я и думал. Отходит наркоз.
Выдержал, вынес - теперь настигает:
Крутит суставы, ломает костяк...
Можно кричать - говорят, помогает.
Господи, Господи, больно-то как!
Господи, разве бы муку разрыва
Снёс я, когда бы не впал в забытьё,
Если бы милость твоя не размыла,
Не притупила сознанье моё!
Господи Боже, не этой ли мукой
Будет по смерти томиться душа,
Вечной тревогой, последней разлукой,
Всей мировою печалью дыша,
Низко летя над речною излукой,
Мокрой травой, полосой камыша?
Мелкие дрязги, постылая проза,
Быт - ненадёжнейшая из защит -
Всё, что служило подобьем наркоза,
Дымкой пустой от неё отлетит.
Разом остатки надежды теряя,
Взмоет она на вселенский сквозняк
И полетит над землёй, повторяя:
"Господи, Господи, больно-то как!"